809

«Тем временем между ногами колосса зажгли костер из алоэ, кедра и лавров. Длинные крылья Молоха погружались в огонь; мази, которыми его натерли, текли по его медному телу, точно капли пота. Вдоль круглой плиты, на которую он упирался ногами, стоял недвижный ряд детей, закутанных в черные покрывала; несоразмерно длинные руки бога спускались к ним ладонями, точно собираясь схватить этот венец и унести его на небо.
Верховный жрец Молоха провел левой рукой по лицам детей под покрывалами, вырывая у каждого прядь волос на лбу и бросая ее в огонь.
Чтобы заразить толпу примером, жрецы вынули из-за поясов острые шила и стали наносить себе раны на лице. В ограду впустили обреченных, которые лежали в стороне, распростершись на земле. Им бросили связку страшных железных орудий, и каждый из них избрал себе пытку. Они вонзали себе вертела в грудь, рассекали щеки, надевали на головы терновые венцы; потом схватились за руки и, окружая детей, образовали второй большой круг, маня к себе толпу головокружительным хороводом среди крови и криков.
Люди бросали в огонь жемчуга, золотые сосуды, чаши, факелы - все свои богатства; дары становились все более щедрыми и многочисленными. Наконец, шатающийся человек с бледным, безобразно искаженным от ужаса лицом толкнул вперед ребенка; в руках колосса очутилась маленькая черная ноша, и она исчезла в темном отверстии. Жрецы наклонились над краем большой плиты, и вновь раздалось пение, славящее радость смерти и воскресение в вечности.
Медные руки двигались все быстрее и быстрее безостановочным движением. Каждый раз, когда на них клали ребенка, жрецы Молоха простирали на жертву руки, чтобы взвалить на нее преступления народа, и громко кричали: «Ешь, властитель!»
Жертвы, едва очутившись у края отверстия, исчезали, как капля воды на раскаленном металле, и белый дым поднимался среди багрового пламени.
Наступал вечер: облака спустились над головой Ваала. Костер, переставший пылать, представлял собою пирамиду углей, доходивших до колен идола: весь красный, точно великан, залитый кровью, с откинутой назад головой, он как бы шатался, отяжелев от опьянения».
Чтобы написать эти строки исторического романа «Саламбо» (Salammbô), Гюстав Флобер специально приезжал в Тунис весной 1858 года.
Самой печально известной особенностью религии Карфагена было приношение в жертву детей, в основном грудных младенцев. Во время жертвоприношения запрещалось плакать, так как считалось, что любая слезинка, любой жалобный вздох умаляют ценность жертвы.
Карфагеняне верили, что человеческие жертвы помогут им заполучить милость богов в нужде. Согласно древнегреческому историку Диодору Сицилийскому, когда сиракузский тиран и царь Сицилии Агафокл в 310 году до н. э. разбил карфагенские войска и окружил город, Совет ста четырех (верховный орган управления Карфагена) выбрал двести знатных семейств, которые принесли в жертву своих младенцев богу Баалу, еще триста фанатичных граждан принесли мальчиков на заклание добровольно. Спасение города явилось для его жителей высшим оправданием понесенных жертв.
В 1921 году археологи обнаружили место, где были найдены несколько рядов урн с обуглившимися останками как животных (их приносили в жертву вместо людей), так и маленьких детей. Место назвали Тофет.
Слово «Тофет» (алтарь под открытым небом) позаимствовано из Библии, так названо ритуальное место на юге Иерусалима, где стоял идол верховного божества Молоха, которому язычники приносили в жертву детей, сжигая их на огне.
«И устроили высоты Тофета в долине сыновей Енномовых, чтобы сожигать сыновей своих и дочерей своих в огне, чего Я не повелевал и что Мне на сердце не приходило» (Иеремия 7:31).
Главными богами Карфагена были бог солнца Баал-Хаммон (аналог финикийского Мелькара, греческого Хроноса и римского Сатурна) и богиня луны Танит (жена и лик Баала, аналог финикийской Астарты, греческой Геры и римской Юноны). Жители города приносили им в жертву своих детей, прежде всего новорожденных, в святилище Тофет, построенном на месте, в котором легендарная основательница Карфагена Элисса сошла на берег. Урны с прахом помещались в несколько рядов, а над ними возвышались погребальные стелы, которые можно увидеть сегодня. Наиболее известная стела, на которой, как считают, изображён жрец, держащий приготовленного в жертву младенца, находится сегодня в Национальном музее Бардо (Тунис).
На сравнительно небольшом участке (2 га) расположены глубокие катакомбы, где были найдены урны с прахом жертв-детей и животных. Урны помещали в выемках, выдолбленных в материковой скале. Когда участок с урнами заполнялся, его засыпали песком и глиной, а сверху помещали новый ряд погребальных урн. Сотни могильных камней стоят здесь до сих пор.
По свидетельствам древних писателей (Клитарха, Диодора, Плутарха, Полибия), в Тофете практиковалось приношение в жертву новорожденных младенцев, рожденных первыми, в особенности мальчиков. Расцвет этого культа пришелся на VI — III вв. до н.э., а всего за период с VIII по II вв. до н.э. здесь погребено около 20 тысяч детей.

Дата публикации: 27 ноября 2015 в 20:09