Однажды Сиги и Бреди пошли вместе на охоту, и, как Сиги ни старался, Бреди убил дичи в два раза больше, чем он. Сиги, который был сыном самого Одина и очень гордился своим происхождением, не смог стерпеть, что его превзошел человек столь низкого звания, и в гневе убил Бреди.

Вернувшись из лесу, он рассказал, что Бреди в погоне за оленем ушел далеко в чащу и что он его больше не видел. Тогда Скади послал людей на поиски своего слуги. Те по следам нашли тело Бреди и узнали, кто его убил. Сиги был приговорен к изгнанию и навсегда покинул родную страну, но Один не оставил сына в беде. Он помог ему собрать большую дружину и повел его корабли далеко на юг от берегов Скандинавии. Там Сиги удалось завоевать целую страну и стать ее королем. Эта страна стала называться страной франков, а ее народ - франками. Вскоре Сиги женился на дочери одного из своих придворных, и от этого брака у него родился сын по имени Рерир. После смерти своего отца Рерир удачными войнами еще больше расширил королевство франков, приобрел много богатств и мог бы называться счастливейшим человеком в мире, если бы боги даровали ему потомство, - детей у него не было.

Прошли годы, Рерир состарился и со страхом ждал смерти, не зная, кому завещать свое королевство.

Как-то раз, когда он печально сидел на вершине холма невдалеке от своего замка, перед ним появилась высокая стройная девушка в кольчуге и шлеме. В правой руке она держала большое красное яблоко. Это была дочь великана Гримнира, валькирия Лиод.

- Боги слышали твои жалобы, Рерир, - сказала она, - и решили тебе помочь. Возьми это яблоко, отдай его своей жене, и тогда твое желание исполнится. У тебя родится сын, имя которого будет жить в веках, пока не придет волк и не погибнут люди и боги.

Рерир радостно схватил яблоко, Лиод полетела обратно в Асгард сообщить Асам, что она выполнила их приказание.

Все свершилось так, как предсказала посланница богов. Едва жена Рерира съела яблоко, как почувствовала под сердцем ребенка. Никто так не благословлял богов, как старый король, но не суждено было ему дождаться рождения сына. Он умер несколько месяцев спустя после появления Лиод. Королева горько плакала по мужу и с еще большим нетерпением ожидала появления ребенка. Однако минул год, за ним второй, а он все еще не рождался. Наконец, когда прошло время уже в три раза больше положенного срока, у нее родился мальчик, такой большой и крепкий, что сразу же, с первого дня рождения, встал на ноги и пошел. Королева не выдержала тяжелых родов и вскоре после них скончалась, успев назвать сына Вольсунгом.

Боги выполнили свое обещание. Вольсунг рос не по дням, а по часам и уже с юношеских лет прославился как храбрый боец и искусный военачальник. Его имя прогремело по всему свету. Когда же он возмужал и ему пришла пора жениться, боги прислали ему в жены ту самую валькирию Лиод, которая когда-то принесла яблоко его покойному отцу. Она родила Вольсунгу десять сыновней и дочь, о дальнейшей судьбе которой и пойдет сейчас наш рассказ.

Слава Валы разнеслась по свету и достигла даже Асгарда, и великий Один призвал ее к себе, чтобы она поведала ему и его детям об их дальнейшей судьбе.

Многое знаю я, вижу я, вещая,

Грозно грядущий жребий богов,

- так начала Вала свой рассказ. - Я вижу, как Асы много столетий подряд по-прежнему правят миром, вижу, как растут с годами их богатства и слава, вижу, как поклоняются им люди и как боятся их великаны, но я вижу также, как собираются над ними черные тучи и как с каждым днем приближаются сумерки богов.

Вот одна за другой следуют три зимы с небывалыми морозами и ветрами. Солнца почти не видно: оно покрыто туманом. Но люди этого не замечают: они сражаются из-за золота, которое ослепило им глаза.

Я вижу, как к концу третьей из этих зим падут оковы с бога огня и он встает, полный злобы и мести. Из подземных недр вырывается могучий Фенрис, а из морских глубин подымается змея Митгард, уже залечившая рану, которую нанес ей сильнейший из Асов.

Я вижу, как Локи собирает всех великанов из Нифльхейма и Йотунхейма и как они плывут к Митгарду на корабле "Нагльфаре". Среди них и могучий повелитель Муспельхейма, великан Сурт, с огненным мечом в руках. Велик корабль "Нагльфар" - он сделан из ногтей всех умерших, - и несметное войско везет по волнам мирового моря.

Вот уже затрубил в свой золотой рог Хеймдалль, вот уже распахнулись все пятьсот сорок ворот Валгаллы, и из каждых ворот вышло по восемьсот воинов.

Впереди них на своем Слейпнире, с копьем Гунгниром в руках, в крылатом золотом шлеме скачет Один. Остальные Асы тоже вооружаются и спускаются с радужного моста навстречу врагам.

Я вижу, как они встречаются с великанами в долине Вигрид. А теперь - о горе вам всем! - я вижу, как Фенрис разрывает отца богов и как славный бог грома убивает змею Митгард, но и сам, пораженный ее ядом, успевает отступить от трупа чудовища всего на девять шагов и падает мертвым. Я вижу, как Локи сражается с Хеймдаллем и как они убивают друг друга. Я вижу, как пес Гарм, которого Хель вскормила мясом мертвецов, бросается на Тира и гибнет вместе с ним.

Уже пал прекрасный Фрейр, пораженный огненным мечем Сурта, уже повелитель Муспельхейма убивает Фригг и других богинь, сражавшихся рука об руку со своими мужьями.

Но вот вперед выступает Видар. На его ногах башмаки с самыми толстыми подошвами в мире. Они сделаны из всех заплат, которые люди испокон веков клали на свою обувь. Молчаливый Ас наступает ногой на нижнюю челюсть Фенриса и, вонзив свой меч ему в небо, убивает чудовище.

Вот Магни и Моди подняли молот своего отца и тоже вступили в бой. Вот Ульр без промаха стреляет из своего лука. Я вижу, как Сурт погиб под ударом Мйольнира, я вижу, что великаны побеждены, но огненный меч повелителя Муспельхейма упал на ясень Игдразиль, и могучее дерево вспыхнуло. Его корни, источенные драконом Нидгегом, не в силах больше держать ствол, и он падает. Вместе с ним рушится небесный свод, а земля погружается в мировое море. А вот и волки Скель и Гети проглотили луну и солнце, и больше я ничего не вижу.

Вала умолкла. Угрюмо молчали и Асы. Даже неукротимый Тор не произнес ни слова. Прошло несколько минут, но тут пророчица заговорила вновь:

- Радуйтесь, боги! Я вижу: дым рассеялся, а в небе засияло новое солнце, еще ярче и красивее старого. Асгарда, Митгарда, Йотунхейма и Муспельхейма больше нет, нет и страны гномов и страны эльфов - одно мировое море с шумом катит свои волны с севера на юг и с востока на запад.

Но не только море и солнце я вижу - я вижу высоко-высоко в небе, там, где раньше был Асгард, но только еще выше его, молчаливого Видара, храброго Вали, могучих Магни и Моди и меткого Ульра - они остались живы. Вместе с ними Бальдр и Ход, которым удалось вырваться из царства Хель. За поясом у Магни молот его знаменитого отца. Молодые боги разговаривают друг с другом, вспоминая дела и подвиги минувших веков, и строят для себя новую страну, а под ними из мирового моря опять подымается земля. Она все зеленая, она покрыта чудесными лесами, садами, пастбищами и нивами. А вот и люди. Они уже не думают о богатстве. Блеск золота их больше не ослепляет. Они не воюют друг с другом и живут безбедно и счастливо.

- Когда же все это будет, Вала? - спросил ее Один, видя, что пророчица опять замолчала.

- Я могу сказать тебе только, что это будет, - отвечала она.

И все Асы невольно повторили за ней:

- Это будет!

Асы и воюют, и убивают, и нарушают клятвы, но в целом они, конечно, необходимы человечеству, без Асов люди не смогли бы сопротивляться Великанам. Вообще Асы удивительно похожи на людей - они также смертны (если бы не волшебные яблоки, обитатели Асгарда уже давно бы сошли в небытие), также могут быть покалечены, они далеко не всемогущи, и так далее. Поэтому Скандинавские Саги здесь тоже выгодно отличаются от остальных мифологий - боги приближенны к людям, так же могут любить и страдать, поэтому и ведут они себя по-человечески, в отличие от тех же Олимпийцев.

В  «Старшей Эдде» служат обозначением норн и валькирий.  Богиня Фрейя однажды (в «Младшей Эдде») названа «дисой ванов». Западногерманские idisi, упоминаемые в Первом мерзебургском заклинании,— женщины-воины или женские духи битвы, подобные валькириям.

 Основная стихия: огонь

 Не исключено, что Тацит подразумевает именно ее, когда упоминает о почитании германцами Исиды, но твердых данных о существовании культа богини Фрейи у западных германцев нет.

 Фрейя в скандинавских источниках отнесена к ванам (в отличие от очень близкой ей по характеристике Фригг) и считается дочерью Ньерда и сестрой Фрейра. 

Фрейя – самая деятельная из богинь. Она одновременно и валькирия, и диса, так как одно из её имён – Ванадис. В первую очередь, она – богиня любви и войны, жизни и смерти. По своим функциям она противостоит Одину и, в то же время, дополняет его.

Красота голубоглазой богини покорила множество поклонников, включая Оттара, потомка Сигурда, превращенного ею в вепря, чтобы всегда держать у себя в Асгарде. 

 У Фрейи, согласно некоторым мифам, есть две дочери — Хнос ("драгоценный камень") и Герсими ("сокровище"), а отдельные источники утверждают, что именно она научила богов Асгарда чарам и заклинаниям ванов. Вместе с тем считалось, будто Фрейя ежедневно делит с Одином павших воинов, словно валькирия, что противоречит ее характеристике как богине из ванов и что свидетельствует о смешении Фрейи с Фригг.

Покровительница материального благополучия, плодородия, эроса, природных циклов. Она управляет миром природы, миром чувств и эмоций. По преданиям, Фрейя управляла погодой и облаками. К ее компетенции относится также рост и созревание посевов - прежде всего, льна.  Считалось, что ей подчиняется и вода, а также водяные существа.

Фрейя - Богиня Ванов, пришедшая в Асгард вслед за своим братом-близнецом Фрейром, при обмене заложниками  после войны Асов и Ванов. Считается, что она также имеет отношение к началу этой войны. Под именем Гулльвейг она появилась в Асгарде, где блеск ее золота и красоты ослепил Асов. Трижды убивали они ее, и трижды она возрождалась. Это тройное убийство и жажда золота послужили толчком к началу войны. 

 Как и все ваны, она разбиралась в магии и даже могла летать. Например, пролетая над землей, богиня разбрызгивала утреннюю росу и летний солнечный свет, из ее золотистых кудрей сыпались весенние цветы, а слезы, падая на землю или в море, превращались в янтарь.

Тотемное животное: кошка. Она разъезжает на колеснице, запряжённой двумя кошками, белыми или серыми. Фрейя – покровительница вёльв, которые в древности носили в её честь рукавицы из кошачьего меха.  Согласно легендам, Фрейя путешествует по миру в облике сокола или кота.  У Фрейи есть волшебное соколиное оперение. Надев его, богиня часто летает над облаками. Так же богиня является хранительницей чудесного “ожерелья Брисингов” – Брисингамена, купленного ею за четыре ночи любви с изготовившими его карликами

Ещё одно связанное с ней животное – супоросая свинья, символ плодородия. 

 Древние германцы посвящали Фрейе один день недели - пятницу (нем. Freitag). Он считался счастливым днем. Так как Фрейя являлась богиней любви, пятница была наиболее благоприятным днем для заключения мира, для всех дел любви и брака. Позднее под влиянием римской мифологии, этот день связывался с Венерой, к символике пятницы и к Фрейе прибавился любовно-эротический аспект. 

С утверждением христианства девственные и материнские черты богини перешли, с одной стороны, к Марии, а, с другой, к ведьмам. 

В неоязычестве Фрейя почитается в пантеоне скандинавских и германских богов. Она является ярким выражением феминизма, сочетая в себе сексуальность, плодородие, агрессивность и храбрость. 

Асы забили её копьями, трижды сжигали, но она живёт и поныне («Старшая Эдда», «Прорицание вёльвы»). Здесь можно видеть ритуальные жертвоприношения, а возможно и символику обработки руды. Приход Гулльвейг  к асам послужил поводом к началу войны асов и ванов — первой войны в мире.

Скандинавский вариант Гудрун — представительница рода Гьюкунгов, правивших бургундами, сестра Гуннара и Хёгни. Когда ко двору бургундских королей прибыл герой Сигурд, мать  Гудрун дала ему испить напиток забвения и он, забыв о своём обручении с Брюнхильд, женился на  Гудрун, Брюнхильд же обманом была выдана за Гуннара, причём Сигурд помог ему в сватовстве, выполнив за него брачные испытания. После того как во время спора между  Гудрун  и Брюнхильд о том, чей муж доблестнее, обман раскрылся, Брюнхильд, любящая Сигурда и оскорблённая его невольным клятвопреступлением, стала подстрекать Гуннара убить Сигурда и добилась своего. Убийство мужа повергло  Гудрун  в сильное горе, и в песнях о  Гудрун (в «Старшей Эдде») рассказывается о ритуальных плачах окружающих её женщин и о её собственных вдовьих сетованиях.

Однако в скандинавском эпосе  Гудрун  далека от мысли мстить братьям за смерть мужа, и сам Сигурд, умирая, утешает её напоминанием о том, что ещё живы её братья («Краткая песнь о Сигурде» 25): братья — кровные родичи ближе ей, чем муж. Впоследствии  Гудрун  выходит замуж за гуннского владыку Атли (в прозаическом вступлении ко «Второй песни о Гудрун» сказано, что прежде чем она согласилась на новый брак, ей дали выпить Напиток забвения).  Гудрун тщетно пыталась предостеречь братьев от поездки к Атли, а после того как он с ними жестоко расправился, отомстила ему: умертвила своих сыновей от брака с Атли и дала ему съесть приготовленное из их сердец блюдо, после чего убила и самого Атли, предав огню его палаты вместе со всеми их обитателями («Старшая Эдда», «Песнь об Атли»). В более поздних «Речах Атли» («Старшая Эдда»)  Гудрун принимает участие в схватке своих братьев с гуннами и подаёт Атли испить пиво, смешанное с кровью убитых ею детей. В роли мстительницы выступает  Гудрун  и в эддических песнях «Подстрекательство Гудрун» и «Речи Хамдира»; здесь она фигурирует как жена конунга Ионакра, дочь которого Сванхильд подверглась жестокой казни за супружескую измену, и Гудрун подстрекает своих сыновей отомстить виновнику — конунгу Ёрмунрекку. Коллизия завершается гибелью всех её детей.

В эддических песнях, в которых фигурирует  Гудрун, обычно не усматривают существенного мифологического содержания, видимо потому, что в ряде песней  Гудрун  изображается в элегических тонах   (оплакивание   ею   Сиггурда и собственной судьбы). Но эти черты судя по всему, вторичные, в генезисе песней их появлению предшествовал, как показал А. Вольф, непсихологизированный образ суровой мстительницы, которая совершает акт родовой мести   и   исполняет  жертвенные ритуалы,     подчиняясь     лишь    велениям коллективного этоса, понимаемого как судьба. Умерщвление ею собственных сыновей имело, возможно, в качестве исходного  мотива   характет   жертвоприношения; в «Речах Атли» в этой   связи   устами   самих сыновей  прямо   сказано:   «принеси детей в жертву,  коль желаешь».  Готовясь к убийству Атли,  Гудрун  раздаёт золото и другие сокровища, причём в «Песни об Атли» содержит выражение:   «она  выращивает судьбу» (очевидно,  речь  идёт  о ритуальных актах), и следующее за ним убийство гуннского короля опять-таки выглядит как   принесение   жертвы). Высказывалось предположение  (в часности, Г. Шнайдером), что в первоначальной  версии эпоса  Гудрун  и сама погибла в огне, на   который она обрекла дом Атли; толкование этого и подобных поступков (Брюнхильд в песнях Сигурде, Сигню  в «Саге о Вёльсунгах») А. Хойслером как «кары», которой героиня добровольно подвергает себя за содеянное зло, принять трудно более убедительным представляется их понимание как жертвенных самозакланий. Иными словами, в песнях о Г. и   Атли,   по-видимому,   содержалась ритуальная основа, затемненная в период их последующего бытования и пересочинения. В сознании Кримхильды сокровища Зигфрида, которым завладели бургундские правители, неразрывно объединяются с самим героем, и теперь уже она сама (а не Атли, как в эддических песнях) требует у Хагена отдать ей золотой клад, выступающий как символ её былого процветания, власти и супружеского счастья. Таким образом, и здесь ещё можно обнаружить следы архаического представления о золоте — воплощении «удачи» и благополучия его обладателя, — но уже в стёртом виде, видимо, уже не вполне ясные автору эпопеи.

 В истории борьбы Тора с великаном Гейррёдом  она выступает в роли чудесной помощницы Тора, даёт ему волшебный посох, пояс силы и железные перчатки, благодаря которым Тор одолевает великана.

Гиннунгагап —  вскандинавской мифологии первичный хаос, мировая бездна, которая существовала  изначально. Когда в ней соединился ледяной поток Эливагар и жара Муспелльсхейма, то возникло первое существо-инеистый великан Имир, который и создал мир.

Аудумла, в скандинавской мифологии корова, которая произошла из инея, наполнявшего мировую бездну, и выкормила своим молоком первое антропоморфное существо — великана Имира Сама она питалась тем, что лизала солёные камни, покрытые инеем. Из этих камней, облизанных Аудумлой, возник
предок богов Бури.

Атли (др.-исл. Atli), Этцель (нем. Etzel), герой германо-скандинавского героического эпоса; исторический Аттила, гуннский король (434—453). Эпос концентрирует внимание на двух моментах: на разгроме гуннами во главе с Атли бургундского королевства на Рейне (437) и на смерти Атли , но эти действительные события до неузнаваемости переработаны эпическим сознанием. Образ Атли получил различную трактовку в северной (скандинавской) и континентальной (юж-
ногерманской) традициях. В исландских эддических песнях, в «Саге о Вёльсунгах», в норвежской «Саге о Тидреке» Атли — злой и жадный властитель, коварно заманивший в ловушку бургундского короля Гуннара (из рода Гьюкунгов) и его брата Хёгни, стремясь завладеть их золотым кладом (см. в ст. Нибелунги), и под­вергший их мучительной казни; их сестра Гудрун (жена Атли ) страшно мстит ему, и Атли погибает от её руки (сюжет мести Аттиле со стороны его жены — сестры бургундских королей вырос из исторических пре­даний о его смерти на ложе гер­манской пленницы Ильдиго). По «Саге о Тидреке», Атли погибает иначе: смер­тельно раненный Хёгни успевает ещё зачать сына, который вырастает при дворе Атли и заманивает его в горную пещеру, где спрятан клад; запер­тый там гуннский король умирает голодной смертью близ столь желан­ного им золота. По некоторым верси­ям, Атли губит бургундов, мстя за свою сестру Брюнхильд (явно поздний мотив, связанный с циклизацией поначалу различных эпических пре­даний). В некоторых легендах Атли приданы дьявольские черты (утверж­дали, что он был зачат от собаки, и т. п.). В континентальных вариан­тах германского эпоса (в германской героической песни «Вальтарий», переведённой на латинский язык и в особенности в «Песни о нибелун-гах») Этцель ( Атли ) предстаёт в виде могущественного и великодушного монарха, возглавляющего огромную державу, где нашли прибежище мно­гие герои, но вместе с тем человека слабого и нерешительного, который пассивно наблюдает за развёртываю­щейся в его палатах катастрофой — гибелью бургундов и собственных дружинников, а также его сына и Кримхильды (Гудрун), его жены, мстящей братьям за убийство её пер­вого мужа Зигфрида (Сигурда).

Атли не связан с германским мифом, но в эддических «Песни об Атли» и «Речах Атли» расправа, которую гуннский король учиняет над Гуннаром и Хёгни, по-видимому, пер­воначально представляла собой ри­туальное жертвоприношение: у Хёгни вырезают сердце, Гуннара бросают в яму со змеями, причём сам Атли торжественно сопровождает Гуннара к месту его казни; в момент, когда Атли отправляется в этот путь, Гудрун призывает на него проклятье, ибо он нарушил клятвы, данные в своё время Гуннару, в т. ч. клятву на «кольце Улля». В песнях древние ри­туалы, сопряжённые с мифом, уже переосмыслены и не осознаются как таковые.

Асы противопоставляются ванам, не­большой группе богов плодородия (особенно в мифе о войне между Асами  и ванами), великанам (ётунам), карликам (цвергам) и низшим жен­ским божествам — дисам, норнам, валькириям; в «Старшей Эдде» часто встречается формула «асы и альвы», возможно, как противопостав­ление Асыам— высших богов более низ­кой категории — духам (альвам).

Асы живут в небесном селении Асгарде. В «Младшей Эдде» пере­числяется 12 Асов: Один, Тор, Ньёрд, Тюр, Браги, Хеймдалль, Хёд, Видар, Али (или Вали), Улль, Форсети, Локи. Помимо них называются Бальдр и Фрейр в качестве сыновей Одина и Ньёрда, но сыновья Тора Магни и Моди не упомянуты, пропущен Хёнир, который в «Старшей Эдде» неизменно присутствует в странствую­щей троице Асов(Один—Локи—Хёнир). Присутствие в этом перечне Ньёрда и Фрейра, которые являются по про­исхождению ванами, и отсутствие Хёнира объясняется, возможно, тем, что, согласно мифу о войне между асами и ванами, Ньёрд и Фрейр были взяты после заключения мира залож­никами к Асам, а Хёнир перешёл к ванам в качестве заложника от Асыов «Млад­шая Эдда» перечисляет также 14 богинь («асинь»): Фригг, Сага, Эйр, Гевьон, Фулла, Фрейя, Съёвн, Ловн, Вар, Вер, Сюн, Хлин, Снотра, Гна, а затем упоминает также Соль и Биль, отдельно от богинь пе­речисляет валькирий и в заключение упоминает о причислении к богиням также Ёрд и Ринд. Из этого списка в мифах практически фигурируют главным образом Фригг и Фрейя (которая происходит из ванов), очень редко Гевьон и Фулла. Но, кроме того, в числе жён Асов  весьма часто упоминаются Сив — жена Тора и Идунн — жена Браги, а также Скади (дочь великана) — жена Ньёрда, вошедшая в общину асов после смерти своего отца. Ёрд фи­гурирует только в обозначении Тора «сыном Ёрд», а Ринд — только как мать Вали. На известных основаниях в числе богинь могли бы быть упомя­нуты также Герд — жена Фрейра, Нанна — жена Бальдра и Сигюн — жена Локи («Младшая Эдда» в числе гостей на пиру у великана Эгира называет в одном месте бо­гинь Фригг, Фрейю, Гевьон, Скади, Идунн, Сив, а в другом — Фригг, Фрейю, Гевьон, Идунн, Герд, Сигюн, Фуллу, Нанну). После войны Асов  и ванов,Асы ас­симилируют ванов.

Включение слова « Асы » в собственные имена у различных германских пле­мён и упоминание Иорданом культа Асов  у готов свидетельствует об обще­германском    распространении    представления об Асах  до принятия герман­цами христианства.

В ряде средневековых источников (в «Прологе» к «Младшей Эдде», в «Саге об Инглингах») рассказыва­ется о происхождении Асов из Азии. Некоторые учёные (в частности, шведский археолог Б. Салин) пыта­лись доказать, что рассказ этот име­ет историческую основу. Однако Асы оказались связанными с Азией, вероятно, лишь по созвучию. Эти­мология слова « Асы» восходит, по-видимому, к мифологическим пред­ставлениям о каких-то духах или душах в теле (особенно в момент беспамятства и смерти) и о душах умерших. Указанная этимология более всего подходит к характеристике Одина, который действительно рас­сматривается как главный Ас.  Об Асах,  как основной группе скандинавских богов.

Аск и Эмбла (др.-исл. Askr, «ясень», Embla, «ива»), в скандинав­ской мифологии пер­вые люди, которых ещё в виде древесных прообразов, безды­ханных и«лишённых судьбы», нашли на берегу моря боги (в «Старшей Эдде» — в песни «Прорицание вёльвы» — это три аса — Один, Лодур, Хёнир, а в «Младшей Эдде» — «сыны Бо­ра» т. е. Один, Вили и Be). Боги их оживили (додела­ли как людей). Пред­ставления   о  первых людях как незавершённых существах, которых богам приходится «доделывать», широко распространены в мифологии многихнародов. 

 Асгард и Мидгард (где живут люди) никогда не противопоставляются, а в повествовании выступают альтернативно. 

Вой Гарма возвестит конец света. В тексте «Эдды» сказано, что Гарм воет три раза: " Когда Гарм воет в первый раз, наступает Вимбульвинтер — время, непосредственно предшествующее концу света (это три зимы подряд, когда снег идет со всех сторон; в течение этого времени не будет летних месяцев, а «брат восстанет на брата»). Когда Гарм воет во второй раз, в мир богов вторгаются великаны.  Когда Гарм воет в последний раз, это символизирует начало нового мира."

С наступлением Рагнарёка  он вырвется  на свободу, вступит в борьбу с Тором и погибнет вместе с ним

Древние считали Видара олицетворением девственного леса или неиссякаемых природных сил.  Видар был не только олицетворением неиссякаемых природных сил, но также символом воскресения и обновления природы. Смысл вечного закона природы состоит в том, что вместо увядших листьев и цветов появятся молодые побеги, набухнут почки, распустятся новые листья и цветы.

Видар изображается высоким, хорошо сложенным красавцем, облаченным в железные доспехи, носившим на поясе меч с широким лезвием и обутым в железный или кожаный башмак. Этот башмак был сделан из кусочков кожи, которые выбрасывали древние сапожники.

Башмак, который носил Видар, должен был защитить его от волка Фенрира, который, убив Одина, бросится на его сына, широко раскрыв пасть, чтобы проглотить Видара.

Как утверждали древние скандинавы, он засунет башмак зверю в пасть и, не дав сомкнуть зубы, схватит его за верхнюю челюсть и разорвет пасть пополам.  Важно, чтобы башмак был большим и сильным, для того чтобы в последний день устоять против острых зубов волка Фенрира, почему скандинавские сапожники считали священной обязанностью оставлять как можно больше обрезков кожи.

Во время последней битвы перед концом мира (Рагнарёк) отомстил убившему Одина страшному волку Фенриру, разорвав ему пасть (или, по другой  версии,  пронзив его мечом).
Этому богу было суждено выжить в Рагнарёк, а потом править в обновленном мире.

 Велунд, захваченный во сне в плен королём ньяров Нидудом (который заставляет Велунда только для него изготовлять искусные изделия), освобождается из плена, улетев чудесным образом но воздуху, предварительно убив сыновей Нидуда и изнасиловав его  дочь.

Английский фрагмент «Вальдера» (10—11 вв.) знает Велунда  как отца Witga (Witege), известного из «Гетики» Иордана и немецких сказаний о Дитрихе Бернском.

 Развёрнутое изложение сюжета о Велунде (Веленте) фигурирует в норвежской «Тидрексаге» (кон. 13 в.), составленной преимущественно на основании нижненемецких источников.

В некоторых вариантах сказания о Велунде  он улетает на летательном аппарате, изготовленном из перьев птиц  -  в этом обнаруживается сходство с греческим мифом о Дедале (греческое влияние могло проникнуть через готов).

Иллюстрации к сказанию о Велунде принято видеть в изображениях на так называемом   Клермонском ларце, хранящемся в Британском музее и датируемом 7—9 вв.

Вместо огня Вальхалла освещалась блестящими мечами. Вальхалла  как небесное царство для избранных, повидимому, относительно поздно отдифференцировалась от подземного царства мёртвых (хель).

В «Речах Гримнира» («Старшая Эдда») Вальхалла  соотнесена с Глядсхеймом («жилище радости»), а в «Младшей Эдде» жилище, в котором  живут Один и «все люди, достойные и праведные» (христианское влияние), называется Гимле («защита от огня») или Вингольв («обитель блаженства») .

ВАЛЬКИРИИ (ед. ч. — др.-исл. valkyrja, буквально, «выбирающая мёрт­вых, убитых»), в скандинавской ми­фологии воинственные девы, подчи­нённые Одину и участвующие в рас­пределении побед и смертей в битвах. Павших в бою храбрых воинов (эйнхе-риев) они уносят в вальхаллу и там прислуживают им — подносят питьё, следят за посудой и чашами. В «Ре­чах Гримнира» («Старшая Эдда») да­ётся перечень Валькирий (повторенный «Млад­шей Эддой»); некоторые их имена расшифровываются (Хильд — «бит­ва», Херфьётур — «путы войска», Хлёкк — «шум битвы», Труд — «си­ла», Христ — «потрясающая», Мист — «туманная»), другие — Скеггьёльд, Скёгуль, Гель (Гейр), Гейрахёд (Гейрелуль), Рандгрид, Радгрид, Регинлейв — точной расшифровке не поддаются. Небесные Валькирии вместе с норнами, определяющими судьбу всех людей при рождении, составляют ка­тегорию низших женских божеств — дис.

В героических песнях «Старшей Эдды» Валькирии приобретают черты жен­щин-богатырок. Валькирии фигурируют в ка­честве возлюбленных героев Хельги и Вёлунда. Валькирия Сигрдриву, в последую­щей традиции отождествлённую с героиней популярного сюжета  эпоса о нибелунгах — Брюнхильдой, Один погружает в сон и наказывает (она больше не будет участвовать в битвах и выйдет замуж) за то, что она его ослушалась и в поединке между конунгами дала победу не Хьяльм-Гуннару (которому Один обе­щал победу), а Агнару; её пробуждает великий герой Сигурд («Старшая Эдда», «Речи Сигрдривы»).

В исландской «Саге о Ньяле» со­хранилась «Песнь валькирий» (или «Песнь Дёрруда»); когда происходила знаменитая битва при Клонтарфе (1014) между ирландскими дружи­нами и скандинавскими викингами, двенадцать Валькирий, — рассказывается в саге, — ткали ткань из человеческих кишок и пели эту зловещую песнь.

В эддических песнях Брюнхильда  фигурирует как богатырша — «Сага о Вёльсунгах» отождествляет с ней валькирию Сигрдриву, разбуженную Сигурдом ото сна, в который её погрузил Один.  Помолвка её с Сигурдом расстроилась, так как он, выпив напиток забвения, утратил память об их встрече и взял в жёны Гудрун.

К Брюнхильде  (по некоторым скандинавским версиям она — сестра гуннского короля Атли) сватается брат Гудрун бургундский король Гуннар, он становится её мужем, но обманным путём, так как брачные испытания выдерживает за него Сигурд, принимающий обличье Гуннара. Убедившись в обмане и оскорблённая тем, что клятвы были нарушены и ей не достался сильнейший муж (Сигурд),  Брюнхильда   подстрекает Гуннара к убийству Сигурда и добивается своего. Сама   Брюнхильда  кончает с собой, приказав положить её на погребальный костёр рядом с костром, на котором лежит её возлюбленный. Смерть объединяет  Брюнхильду с Сигурдом, и в эддической песни «Поездка Брюнхильд в хель» изображён путь Брюнхильды  в загробный мир, пролегающий через владения некоей великанши.

В немецкой «Песни о нибелунгах» Брюнхильда  — дева-воительница, правительница сказочной страны Исландии, где и проходят героические испытания, предшествующие браку Брюнхильды с Гунтером (сканд. Гуннар). После раскрытия обмана и убийства Зигфрида (Сигурда) Брюнхильда  исчезает из повествования.

В сюжете сватовства к Брюнхильде   нашёл отражение древний свадебный ритуал, сопровождавшийся испытаниями жениха. В эддических песнях подчёркивается, что выдающий себя за Гуннара Сигурд не посягает на девственность невесты (на ложе их разделяет обнажённый меч), между тем в «Песни о нибелунгах» сохраняется намёк на лишение девственности богатырской девы Зигфридом, так как сам жених — Гунтер терпит жалкое фиаско и проводит брачную ночь подвешенным невестою на крюк.

Данный  сюжет повторяет в частности, русскую сказку о сватовстве царевича к правящей далёким царством богатырской деве: помощник царевича, выдержав вместо него испытания, которым она подвергает женихов, укрощает богатыршу на брачном ложе побоями, но становится жертвой её мести после того, как обман раскрывается, — она отрубает ему ноги. А разоблачённого супруга богатырша превращает в свинопаса, впоследствии безногий помощник вызволяет его.

Ф. Панцер находит в этой сказке источник сюжета, в более позднее время героизированного «Песнью о нибелунгах». А. Хойслер и его ученики считают, что эта сказка — не что иное, как вульгаризация германского эпического предания.  Жирмунский отвергает эту точку зрения и настаивает на сказочном характере повествования. Г. Хонти и К. фон Зе ставят это под сомнение, ибо оскорблённая честь героини скорее на месте в героической песни, чем в сказке.

В отличие от ряда героев германского эпоса, Брюнхильда  — представительница мира мифа и сказки — не имеет исторического прототипа, хотя «ссора королев» (Брюнхильды  и Кримхильды-Гудрун), возможно, и стоит в отдалённой связи с историей борьбы двух франкских королев 6 в. — Брунихильд (Брунхильды, Брунгильды) и Фредегонды (но с перестановкой ролей: убитый в 575 году меровингский король Сигиберт был мужем Брунихильд).

 Четыре длиннобородых карлика, которых звали Альфриг, Двалин, Берлинг и Грер, изготовили это ожерелье, которое с тех пор считалось одним из чудес света. Фрейя — богиня любви и плодородия — захотела завладеть им, чтобы стать еще красивее, хотя и до этого она была просто ослепительной.

Брисингамен — один из главных атрибутов богини Фрейи.  В одном более древнем памятнике Брисингамен  называется «поясом Брисингов» (brisinga girffr), что, видимо, соответствует первоначальной функции — помощи при родах.

«Младшая Эдда» называет Фрейю дисой ванов, а важнейшая функция дис с этим связана.   Локи упрекает Фрейю в том, что она заплатила цвергам за Брисингамен своей любовью.  По инициативе Одина Локи похищает  Брисингамен,  а затем возвращает на определённых условиях.

За Брисингамен борются у камня Сингастейн Локи и Хеймдалль, принявшие обличье тюленей.  Брисингамен  упоминается и в англосаксонском эпосе о Беовульфе.

Асгард — это мир, небесный город, обитель  богов-асов, небо и будущее.
Асы — существа порядка, ведя войну с ванами — существами природы, построили укреплённый Асгард. Позже асы сдружились с ванами, обменялись представителями (а на самом деле — заложниками, так в мир асов пришел ван Нийодр, иначе — Ниодр, Ниорд и т.д., и поселился с ними в Асгарде) и с тех пор живут в мире друг с другом.

Кроме богов и богинь, в Асгарде живут девы-воительницы — валькирии.  Другая группа богов, ваны, жили в Ванахейме. Один из трёх корней Древа Мира — Иггдрасиля — тянется в сторону Асгарда.

В Младшей Эдде рассказывается, что Асгард был построен каменщиком-гримтурсеном (гримтурсены — так исландцы называли великанов, используя и другое слово — ётуны) с помощью его коня Свадильфари, и за это асы должны были отдать гримтурсену солнце, луну и богиню Фрейю. Но бог Локи, превратившись в кобылу, отвлёк коня Свадильфари от работы, и, поскольку работа не была выполнена в срок, боги избежали расплаты.  А великан был убит Тором, когда в гневе стал метать в асов строительные камни.

Все боги жили в одном месте, но у каждого был свой чертог. У верховного бога Одина — Валяскьяльв, дворец с серебряной кровлей. Неподалеку, в Вальхалле, живут павшие на поле битвы воины — эйнхерии. У стража богов Хеймдалля свой чертог — Химинбьерг, у бога грома Тора — Трудхейм.

В Асгарде расположена также Вальхалла, жилище павших в бою воинов.

Браги родился в сталактитовой пещере, где его мать Гуннхольд хранила мед поэзии. Карлики-цверги подарили божественному ребенку волшебную арфу и отправили в плавание на одном из своих чудесных кораблей. В пути Браги пел трогательную «Песню жизни», которая была услышана на небесах и боги пригласили его в свою обитель Асгард.

Когда Локи со свойственной ему ловкостью организовал убийство Бальдра и вернулся в Асгард, Браги потребовал, чтобы гнусный подстрекатель удалился, поскольку богам его присутствие нежелательно.

Локи обозвал Браги хвастуном, а тот пригрозил отвернуть Локи голову. Несмотря на попытки Одина успокоить собравшихся, слова Браги разъярили Локи.  Предсказав на прощание гибель богов, он покинул Асгард.

Браги обычно изображали бородатым стариком с арфой, а его именем скрепляли торжественные клятвы, произносимые над так называемой Чашей Браги.  Имя Браги, возможно, указывает на связь со священным опьяняющим напитком .

По мнению некоторых ученых, здесь возможна связь бога-скальда с историческим Браги Боддасоном (IX в.).

Возможно Браги, бог поэзии и красноречия, является богом более позднего происхождения, что связано с обожествлением поэтического вдохновения, ведь скальдов при скандинавских королевских дворах почитали почти так же, как и правителей.

У Бивреста  находится жилище Хейм-далля — Химинбьёрг. Перед концом мира  сыны Муспелля переходят этот мост для схватки с богами, и он при этом рушится.

Действие поэмы происходит в Скандинавии (Дании и Швеции), и герои, в ней фигурирующие, принадлежат к скандинавским племенам. Беовульф, юный воин из народа гаутов, отправляется за море, чтобы избавить короля данов Хродгара от постигшего его бедствия: на протяжении 12 лет на королевский чертог Хеорот нападает чудовище Грендель, истребляющее дружинников Хродгара.

В ночном единоборстве Беовульф побеждает Гренделя, который, потеряв руку, уползает в своё логово, где находит смерть. Мать Гренделя (ещё более страшное чудовище) пытается отомстить Беовульфу за убийство сына, но герой побеждает и её, проникнув в её логово на дне моря.

Мир и радость в Хеороте восстановлены, и Беовульф, щедро награждённый Хродгаром, возвращается на родину. Он становится королём гаутов и правит ими в течение 50 лет. Его жизнь завершается наиболее славным из всех его подвигов — победой над драконом, который опустошал страну, разгневанный посягательством на охраняемый им древний клад. В этом поединке Беовульф убивает дракона, но сам получает смертельную рану.  Его верный дружинник Виглав, который помог Беовульфу  одолеть дракона, устраивает погребальный костёр. Тело  героя  сжигают вместе с завоёванным им кладом.

Ряд королей и воинов, упоминаемых в эпосе, жили в эпоху Великого переселения народов (4—6 вв.), однако сам Беовульф не имеет исторического прототипа.

Старая мифологическая школа истолковывала Беовульфа  и его подвиги как символы природных явлений: Беовульф  — доброе божество, обуздывающее стихии, которые олицетворены чудовищами, мирное его правление — благодатное лето, смерть его — приход зимней непогоды. Однако эпос содержит немало фольклорно-мифологических элементов и мотивов, анализ которых склоняет современных исследователей к иной его интерпретации. В юности Беовульф  был ленив и не отличался доблестями, а когда вырос, приобрёл силу «тридцати человек» (мотив, встречающийся в эпосе ряда народов).

Приход героя по собственному почину на помощь терпящим бедствие; испытание его доблести (рассказ о состязании в плавании через море); вручение ему магического оружия, тем не менее свои победы над Гренделем и драконом Беовульф  одерживает голыми руками, либо не пуская в ход оружие, либо убеждаясь в его бесполезности); нарушение им запрета (над кладом, из-за обладания которым Беовульф сражается с драконом, тяготеет проклятье); три боя, которые даёт герой (причём каждый последующий оказывается более трудным), не говоря о самой теме драконоборчества, столь характерной для германо-скандинавского мифологического эпоса, — всё это указывает на принадлежность «Беовульфа» к фольклору, сказке и мифу.

Об этом же свидетельствует и приведённая в поэме легенда о найдёныше Скильде Скевинге, основателе датской королевской династии, — лодку с младенцем Скильдом прибило к берегам Дании, народ которой был в то время лишён правителя и беззащитен. Скильд сделался королём; после смерти он был вновь положен на корабль вместе с сокровищами и пущен по волнам, отправившись в ту неведомую страну, откуда прибыл.

Сцены борьбы Беовульфа  с Гренделем и его матерью перекликаются с соответствующими сценами единоборства с чудовищами из исландских саг (в частности, «Саги о Греттире»); самого Беовульфа  некоторые учёные склонны идентифицировать с героем Бьярки (из «Саги о Хрольве Жердинке») — «человеком-медведем», также победителем чудовища. Высказывалось предположение, что древнейшую основу англосаксонского эпоса, имевшего скандинавские истоки, образовывал сюжет о сказочном богатыре — культурном герое, происходившем от медведя и очищающем землю — обитель людей — от чудовищ (подобно скандинавскому Тору, греческому Гераклу, шумеро-аккадскому Гильгамёшу).

В письменной редакции эпос несёт печать христианского влияния, и первоначальные образы мифологии и сказки в нём отчасти уже переработаны: так, Гренделю и его матери приданы черты дьявольские, сам Беовульф  наделён чертами христианского мессианства.