ДЕВА (др.-инд. deva, «бог»,  «небесный»,   от  div-,  «сиять»)  - в древнеиндийской мифологии   класс богов.

Обычно   говорят  о  33  богах (хотя в текстах есть упоминания о 333, 3306, 3339 богах), распределяемых  по  трём   космическим  сферам: 

Небесные  —  Дьяус,  Варуна,  Митра и    др.    адитьи,    Сурья,    Савитар, Пушан,    Вишну,    Вивасват,    Ушас, Ашвины;   

 Атмосферные    (воздушное пространство)    —    Индра,    маруты, Ваю,    Вата,    Трита    Аптья,    Апам Напат,   Матаришван,   Ахи   Будхнья, Аджа   Экапад,   Рудра,   Парджанья, Апас;   

Земные   —   Притхиви,   Агни, Сома,  Брихаспати, Сарасвати и др. 

Иногда класс богов членят на группы: васу  (8), рудры  (11), адитьи  (12), противопоставленные    по   тому   же принципу,  и  к ним добавляют ещё два    божества    (Ашвинов,   Дьяуса, Притхиви,   Индру,   Праджапати   — в разных сочетаниях).

 В умозрительных системах упанишад эти три группы   получают  новые   интерпретации, цель которых — установление соответствий между составом пантеона и элементами   архаичных  космологических схем (включая сюда и структуру   микромира).    Так,   в   «Брихада-раньяка-упанишаде»    (III   9,    1—5) : Васу — огонь, земля, ветер, воздушное пространство,   солнце,   небо,   луна, звёзды;  Рудры — 10 органов жизнедеятельности  и мировой дух Атман;   Адитьи —  12 месяцев года. 

Особый вид объединения богов уже в «Ригведе» — Вишведева, т. е. «все-боги» — весь пантеон с некоторыми расширениями,  — представляемые как  единое   целое. 

  Иногда   конкретные   характеристики   богов,   составляющих «все-боги», оказываются в более или менее  случайном   распределении.  

В класс богов входят также персонифицированные   абстрактные   понятия , которые,  видимо,   могли  относительно   свободно   включаться   в  древнеиндийский    пантеон.   

 Своё    особое значение Дева (боги) получают в рамках     противопоставления   асурам, небесным   персонажам,   обладающим колдовской силой  (maya).   В ведийский период (особенно в «Ригведе») к   асурам   относили   и   ряд   Дева   — адитьев, Индру, Агни и др.

 Но уже в   «Атхарваведе»   боги-девы   более не   назывались   асурами.   Последнее название было закреплено за демонами,  боги же, или девы, напротив, иногда именовались сурами (sura-) (ср. упанишады), что даёт основание понимать слово «асуры» как «небоги».

Многочисленные мифы актуализируют противопоставление богов асурам, рисуя постоянные битвы, в которых боги как нечто целое сражаются со всем классом асур.  Понятие Деваи его языковая форма являются общими для индоевропейских народов .

Дакшина как дар также нередко персонифицируется и соотносится с Брахманаспати, Индрой, Сомой, но вместе с тем известны и такие воплощения Дакшины, как коровы, быки, лошади, овцы, сокровища, золото и т. п.  Дакшина представляется также и как богиня, несущая дары и богатства.

Имя Дакшина восходит к древнему индоевропейскому  обозначению правого. Можно думать, что первоначально слово Дакшина обозначало сакрализованную благоприятную сторону (направление),часть пространства — правую — в отличие от неблагоприятной — левой (часто табуируемой).

Вместе с тем Дакшина достаточно рано могло означать и овеществлённый символ благоприятной стороны в виде конкретного дара и даже ритуал, связываемый с ним.

Aшвины(др.-инд., двойств, ч.; от asvin-, «обладающий конями» или «рождённый от коня»), в ведийской и индуистской мифологии божественные братья-близнецы,   живущие   на   небе.

В «Ригведе» им посвящено 54 гимна целиком (по числу упоминаний Aшвины идут сразу же после Индры, Агни, Сомы). Ашвины принадлежат к небесным божествам и связаны с предрассветными и ве­черними сумерками. Разбуженные Ушас, они несутся на золотой колес­нице (трёхколёсной, трёхместной, ши­рокой и т. п.), запряжённой конями, птицами (орёл, лебеди, соколы) и т. д., или на стовесельном корабле по небу над всем миром в сопро­вождении Сурьи. Они объезжают за день вселенную и прогоняют тьму. Утром их призывают к себе молящие­ся. Aшвины — знатоки времени, они рождены небом, их место в обоих мирах. Aшвины — спасители, помогающие в беде; они приносят дары для ариев, богатство, пищу, коней, коров, быков, детей, свет, счастье, победу, дают долгую жизнь, жизнен­ную силу; они защищают певцов, вознаграждают их. Подчёркивается роль Aшвин как божественных целителей (Aшвины — «божественные врачи», «все­знающие»): они возвращают жизнь умершим, излечивают слепых и хромых, совершают другие чудесные поступки. Они спасают гиб­нущих в водной пучине; они же дают Шунахшепе совет, как спастись от заклания. Эта функция Aшвин фиксируется и в более поздних текстах («Махабха-рата», «Гопатха-брахмана» и др.). Aшвины связаны с мёдом (они дают его пчёлам, кропят им жертву, везут мёд на колеснице и т. д.) и сомой, на основании чего голландский индолог Ф. Б. И. Кейпер выдвинул гипотезу о замене в Древней Индии старого опьяняющего напитка из мёда сомой. Aшвины нетерпимы к чужим; они выступают против злых духов, болезней, скупцов, завистников. Из всех божеств ведийского пантеона именно Aшвины теснее всего связаны с со­лярными божествами и, как и по­следние, принимают участие в сва­дебных ритуалах.

Aшвины изображаются юными (они — самые юные из богов, но вместе с тем и древние), сильными, прекрасными, обладающими здоровь­ем; подчёркивается их яркость, золо­той цвет (цвет мёда; несколько раз они названы красными), они быстры, ловки, могучи, обладают многими формами, украшены гир­ляндами из лотоса; они танцоры. Их сравнивают с птица­ми (орёл, гуси), быками, буйволами, газелями и т. д. Позднейшая иконо­графия уточняет эти описания Aшвин.

Главная особенность Aшвин — парность, и, хотя Aшвины — близнецы, иногда указывается, что они родились порознь; согласно древнеиндийскому лексикографу Яске, один из Aшвин — сын ночи, другой — сын рассвета (один — сын Сумакхи, другой — сын неба). Не вполне ясно, как дифференцировались Aшвины между собой в ранний период; позже оформ­ляется ряд противопоставлений, с элементами которых связан каждый из Aшвин: небо—земля, день—ночь, солн­це—месяц и т. д. Их отец — Дьяус — Небо или Вивасват (в другой вер­сии — Мартанда); матерью называют Ушас, Океан, реку Синдху, Саранью, дочь Тваштара. Жена их — Ашвини. Вместе с тем Ушас вы­ступает и как сестра Aшвин; они связаны и с дочерью бога солнца Сурьей (Aшвины одновременно её мужья и сваты для Сомы); Пушан — их сын, вме­сте с тем Aшвины (порознь) — родители Накулы и Сахадевы — двух младших пандавов. А. также выступают вместе с Индрой, Рудрой (и рудрами), Вач, Сомой и т. д.

В ряде мифологических сюжетов Aшвины играют видную роль. Основной из них  описывает рожде­ние Aшвин.  Дочь Тваштара Саранью стала женой Вивасвата. Родив Вивасвату двух близнецов Яму и Ями, Саранью, не любившая супруга, подменяет себя во всём подобной ей женщиной, а сама, обернувшись кобылицей, убегает из дому. Заметив обман, Вивасват, превратившись в коня, пускается в погоню и настигает её. После примирения Саранью рождает двух близнецов-братьев — Насатью и Дасру, которые и стали называться Ашвинами (также и Насатьями). Aшвины выступают и в сюжете поединка Индры со своим бывшим другом асурой Намучи, который лишил Индру силы. Aшвины дали Индре совет, как по­бедить Намучи (с помощью покры­той морской пеной ваджры). После убийства Намучи Aшвины из его крови приготовили лекарство, вернувшее Индре силу («Шатапатха-брахма-на» и др.). Ашвины исцеляют Индру и тог­да, когда он выпивает чрезмерное количество сомы после убийства Зишварупы, сына Тваштара («Ма-хабхарата» и др.). Один из наиболее известных мифологических сюжетов, связанных с Aшвинами, излагается в «Шата-патха-брахмане», «Махабхара-те», «Брихаддевате» и др.    Aшвины  (Насатья   и   Дасра) однажды увидели красавицу Суканью, выходившую после купания из воды, и предложили ей выбрать из них себе мужа. Суканья отказалась, т. к. у неё был уже муж, дряхлый отшельник Чьявана. Тогда Aшвины омолодили Чьявану и вместе с ним вышли из озера в виде прекрасных юношей, не отличи­мых друг от друга. По тайному знаку Суканья всё-таки сумела выбрать Чьявану, который в благодарность дал Aшвинам долю в возлияних сомы, чем вызвал гнев завистливого Индры. В других сюжетах, однако, Aшвины не раз выступают в свите Индры или как его помощники в битвах. Богине Кали Aшвины дают брови. Особенно многочисленны мотивы спасения Aшвинами кого-либо из беды.

Почитание Aшвин продолжалось и в послеведийскую эпоху. В эпосе, пуранах, «Хариванше» они именуются Ашвиникумара, т. е. «дети кобылы», хотя их конская природа, как и в ведийских текстах, остаётся завуали­рованной. В дальнейшем появляются другие пары близнецов, дублирующие Aшвин. В образе Aшвин, по всей вероятности, нужно видеть следы древнего индо­европейского культа близнецов (см. Близнечные мифы). А. близки древне­греческим Диоскурам, сыновьям Зев­са. Как и А., они связаны с конями, сменой дня и ночи и, следовательно, солнцем, с функцией спасения. Мо­тив рождения Диоскуров из яйца со­относим с тем, что А. — сыновья Мартанды. Образ Aшвин проник в некоторые  культурные тра­диции  народов  Юго-Западной  Азии.

Только Варуну  и Индру называют «вседержитель». Варуна — также самодержец, царь (над миром, над богами и людьми) надо всеми. Он наставляет богов, и они следуют его приказам и советам .

Варуна — тот, кто сотворил мир и удерживает его. Он заполняет воздушное пространство, расширяет землю, освещает небо и землю, укрепляет солнце, измеряет землю солнцем, поднимает на небо.  Небо и земля подвластны ему,  ночь и день — его одежда.   Варуна  дал движение солнцу —  оно его глаз. Сам он тысячеглаз.

Как показал немецкий индолог Г. Людерс, основная черта Варуны — связь с космическими водами во всём их многообразии (мировой океан, образующий внешнюю рамку творения, которая отделяет космос от хаоса).  Небесные воды — дождь.   Варуна изливает космические воды (он бог дождя, V 85, 3—4), освобождает воды, прокладывает путь потокам, укрывает океан, наполняет море водой, озирает течение рек, находится в реках, в море.   Реки — его сестры (их семь).

Пара Варуны  — Митра, поскольку Митра связан с огнём (солнцем),  отражает архаичное противопоставление воды и огня (в брахманической литературе Варуна  и Митра противопоставлены друг другу по многим признакам).   В отличие от Митры Варуна  больше связан с природным, чем с социальным, с ночью, луной, с дальним, с тайным и магией.  Он обладает чудесной колдовской силой (майя), ему присущи асурские качества:  иногда его называют асура, хотя чаще он — дева, а изредка — и дева асура .

Вместе с Митрой Варуна  моделирует космос в целом, особенно в его магико-правовом аспекте. Варуна  толкуется немецким индологом П. Тиме  как обозначение истинной речи. К людям Варуна  скорее строг и вообще далёк от них, впрочем Варуна  благосклонен к певцам. Варуна не столько дарует блага людям, сколько следит за ними и защищает их от злого начала. Так, Варуна  освобождает от страха, защищает от злых снов, сторожит мысли людей .

Он выступает против несправедливости, болезни, смерти, колдовства и даже дарует долгую жизнь.

Варуна — воплощение мирового порядка, истины. Он высматривает правду и ложь, ищет виновных, карает их (в частности, насылает на грешников водянку; верёвка или петля — его орудие против грешников) и отпускает грехи. Он — хранитель высшего закона и гарантия законосообразности в мире.

В ведийских гимнах Варуна  связан с Адити (его матерью), Агни и Сомой, Манью, Ушас, Индрой (ряд гимнов посвящен Варуне и Индре совместно).  Однако мифологических сюжетов, связанных с Варуной, в ведах немного, и они известны лишь в фрагментах. Помимо космогонического мотива золотого зародыша (солнца) в мировом океане, связывающего Митру с Варуной, в «Ригведе» более или менее полно представлен лишь один мифологический сюжет — история отношений Варуны  с Васиштхой: мудрец и певец Васиштха, бывший некогда любимцем Варуны (Варуна  показал ему смену дня и ночи, взял с собой на корабль, сделал риши ), прогневал грозного бога  и впал в немилость.

 Он умоляет Варуну  избавить его от кары, но Варуна  насылает на Васиштху смертельную болезнь — водянку. Ещё менее ясен сюжет о риши Трита, оказавшемся на дне глубокого колодца и взывающем о справедливости и о заступничестве к Агни и Варуне.  У Варуны  есть жена Варунани или Варуни, позже считавшаяся богиней вина.

В послеведийский период Варуна  утрачивает своё ведущее положение в пантеоне богов, становится одним из хранителей мира и обычно связывается с Западом, подчиняясь верховной триаде богов индуистского пантеона. После свержения Нахуши с небесного трона Брахма, согласно эпическим источникам, даровал власть над вселенной Индре и тем, кто помог ему вернуться из изгнания (Варуна, Яма, Агни или Сома). В сказании о Нахуше  Варуна  призывает Индру вернуться и поразить Нахушу.

Вместе с тем в послеведийскую эпоху Варуна  продолжает считаться владыкой вод, но власть его существенно ограничивается, а связь с нравственным законом почти полностью затушёвывается. Зато образ Варуны  сильно антропоморфизируется, он приобретает многочисленные связи, в т. ч. и родственные, правда, редко играя  новную роль.

В эпосе и пуранах  наиболее   известные  сюжеты с участием   Варуны   таковы — Соперничество Варуны  и Утатхьи.  Варуна  Похищает Бхадру,   дочь  Сомы,   жену мудреца Утатхьи, и уводит, её в свой дворец на дне морском.  Узнав о похищении жены, Утатхья посылает к Варуне  Мудреца Нараду, но Варуна прогоняет его.  Утатхья обращается к реке Capacвати  с просьбой не питать более океан водою, а сам   осушает   океан.    Варуна  вынужден покориться   и   вернуть жену мужу.

 Варуна  полюбил   апсару   Урваши, жену Митры, и она рождает ему двух сыновей.  Варуна,  как и другие боги, при приближении  Раваны превращается в лебедя, которому потом дарует   красоту.   Равана вторгается в царство Варуны,  побеждает его сыновей и внуков, вызывает на бой  самого Варуну, тот, однако, уклоняется от вызова.

Варуна  в сказании о Парашураме дает брахману Ричике тысячу коней, затем он скрывает у себя потомков царя Марутты. В  ряде сюжетов он  помогает Индре. Боги создают богиню Кали, и Варуна  дарует ей ноги и петлю  , которой она опутывает асурского демона   Махиши.  Варуна дарует Арджуне петлю, лук, стрелы, колесницу,   с  тем  чтобы он достиг неба .

Варуна  и белое опахало —  в одной из версий сказания о пахтанье океана  . Харишчандра молит Варуна  о сыне,. Тот  дарует  ему сына и требует принести его в жертву. После ряда отсрочек прнимается решение отдать Варуне в жертву Шунахшепу. Варуна  вместе   с   Индрой и Сомой  предлагает  убить  жреца  Аурву.  Он поёт гимн Кришне чтобы    отвести    его    угрозы ...

 Устанавливается   более  тесная   связь Варуны  с нижним   царством,   смертью (петля становится главным его атребутом).  Варуна  является в окружении змей Брахманы.

Эволюция образа Варуны  (в частности, такие  его  моменты,  как  оттеснение Варуны  Индрой и близкая связь с Митрой)  позволяет восстановить некоторые детали формирования этого божества. Сочетание Митра — Варуна (при том, что Варуна  — асура) несомненно родственно древнеиранскому Митра — Ахурамазда, что надёжно гарантирует индо-иранский характер этой пары. Само имя Варуна  исследователи сопоставляли с хеттским морским божеством Аруной, с древнегреческим богом неба Ураном, наконец, со славянским Волосом (Белесом), литовским Велнясом и т. д.  Поэтому при сохранении ряда неясностей индоевропейские параллели к этому имени несомненны.

ВАРУНА (др.-инд. Varuna), в древне­индийской мифологии бог, связанный с космическими водами, охранитель истины и справедливости, главный из адитьев; наряду с Индрой величайший из богов ведийского пантеона. Варуне посвящено 10 гимнов, кроме того, многочисленные гимны посвящены Варуне совместно с Митрой. Только Варуна и Индру называют «вседержитель». Варуна — также самодержец, царь (над миром, над богами и людьми) надо всеми, наставляет богов, и они следуют его приказам и сове­там. Варуна — тот, кто сотворил мир и удерживает его; он заполняет воздушное пространство, расширяет землю, освещает небо и землю, укреп­ляет солнце, измеряет землю солнцем, поднимает на небо; небо и земля под­властны ему; ночь и день — его одежда. Варуна дал движение солнцу; оно его глаз, сам он тысячеглаз.

Как показал немецкий индолог Г. Людерс, основная черта Варуны — связь с космическими водами во всём их многообразии (мировой оке­ан, образующий внешнюю рамку тво­рения, которая отделяет космос от хаоса; небесные воды — дождь; моря, реки, потоки, подземные воды и т. д.). Варуна изливает космические воды (он бог дождя), освобождает во­ды, прокладывает путь потокам, укрывает океан, наполняет море водой, озирает течение рек, находится в ре­ках, в море; реки — его сестры (их семь). Пара Варуна — Митра [поскольку Митра связан с огнём (солнцем)] отражает архаичное противопостав­ление воды и огня (в брахманической литературе Варуна и Митра противопо­ставлены друг другу по многим при­знакам). В отличие от Митры Варуна больше связан с природным, чем с социальным, с ночью, луной, с даль­ним, с тайным и магией. Он обла­дает чудесной колдовской силой (майя), ему присущи асурские ка­чества: иногда его назы­вают асура, хотя чаще он — дева, а изредка — и дева асура. Вместе с Митрой Варуна моделирует космос в целом, осо­бенно в его магико-правовом аспекте. Варуна толкуется немецким индологом П. Тиме как обозначение истинной речи (в последнее время это толкование вызвало ряд возраже­ний). К людям Варуна скорее строг и вообще далёк от них, впрочем Варуна бла­госклонен к певцам. Варуна не столько дарует блага людям, сколько следит за ними и защищает их от злого начала. Так, Варуна освобождает от страха, защищает от злых снов, сторожит мысли людей; он выступает против несправедливости, болезни, смер­ти, колдовства и даже дарует долгую жизнь. Варуна — во­площение мирового порядка (fta), истины. Он высматривает правду и ложь, ищет виновных, карает их (в частности, насылает на грешни­ков водянку; верёвка или петля — его орудие против грешников) и отпускает грехи. Он — хранитель высшего закона и гарантия законо­сообразности в мире. В ведийских гимнах Варуна связан с Адити (его ма­терью), Агни и Сомой, Манью, Ушас, Индрой (ряд гимнов посвящен Варуне и Индре совместно). Однако мифо­логических сюжетов, связанных с Варуной, в ведах немного, и они известны лишь в фрагментах. Помимо космогониче­ского мотива золотого зародыша (солнца) в мировом океане, связы­вающего Митру с Варуной, в «Ригведе» бо­лее или менее полно представлен лишь один мифологический сюжет — история отношений Варуны с Васиштхой: мудрец и певец Васиштха, бывший некогда любимцем Варуны (Варунапоказал ему смену дня и ночи, взял с собой на корабль, сделал риши и т. п.), прогневал грозного бога и впал в немилость; он умоляет Варуну избавить его от кары, но Варуна насылает на Васиштху смертельную болезнь — во­дянку. Ещё менее ясен сюжет о риши Трита, оказавшемся на дне глубокого колодца и взывающем о справедли­вости и о заступничестве к Агни и Варуне. У Варуны есть жена Варунани  или Варуни, позже считавшаяся богиней вина.

В послеведийский период Варуна утра­чивает своё ведущее положение в пантеоне богов, становится одним из хранителей мираи обычно связывается с Западом, под­чиняясь верховной триаде богов ин­дуистского пантеона. После сверже­ния Нахуши с небесного трона Брах­ма, согласно эпическим источникам, даровал власть над вселенной Индре и тем, кто помог ему вернуться из изгнания (Варуна, Яма, Агни или Сома). В сказании о Нахуше Варуна призывает Индру вернуться и поразить Нахушу. Вместе с тем в послеведийскую эпоху Варуна продолжает считаться владыкой вод; но власть его существенно ограничивается, а связь с нравственным законом почти полностью затушёвывается. Зато образ Варуны сильно антропоморфизируется, он приобретает многочислен­ные связи, в т. ч. и родственные [ср. его сыновей: Бхригу; Вадж.-самх.; Тайтт.-бр.), Агастью, Васиштху, дочь Варуни, вышед­шую из океана при его пахп-жену  или  жён   (воды)   и   входит  в  большое  числосхем, правда, редко играя ъ новную роль.

В эпосе и пуранах (по преимуществу)   наиболее   известные  сюжеты с участием   Варуны   таковы.   Соперничество Варуны и Утатхьи. Варуна похищает Бхадру,   дочь  Сомы,   жену мудреца Утатхьи, и уводит, её в свой дворец на дне морском; узнав о похищении жены, Утатхья посылает к Варуне мудреца Нараду, но Варуна прогоняет его. Утатхья обращается к реке Capacвати  с просьбой не питать более океан водою, а сам   осушает   океан;   Варуна вынужден покориться   и   вернуть жену мужу. Варуна полюбил   апсару   Урваши, жену Митры, и она рождает ему двух сыновей.  Варуна,  как и другие боги, при приближении  Раваны пре­вращается в лебедя, которому потом дарует   красоту.   Равана вторгается в царство Варуны,  побеждает его сыновей и внуков, вызывает на бой  самого Варуну, тот, однако, уклоняется от вызова.  Варунав сказании о Парашураме дает брахману Ричике тысячу коней, затем он скрывает у себя потомков царя Марутты. Варуна в ряде сюжетов помогаетИндре. Боги создают богиню Кали, и Варуна дарует ей ноги и петлю ­которой она опутывает асурского демона   Махиши   Варуна дарует Арджуне петлю, лук, стрелы, колесницу,   с  тем  чтобы он достиг неба. Варуна и белое опахало в одной из версий сказания о пахтанье океана  (Матсья-пуг.) Харишчандра молит Варуну о сыне, Варуна дарует  ему сына и требует принести его в жертву; после ряда отсрочек прнимается решение отдать Варуне в жертву Шунахшепу.Варуна вместе   с   Индрой и Сомой  предлагает  убить  жреца  Аурву. Варуна поёт гимн Кришне чтобы    отвести    его    угрозы и т. д. Ср. также связанные с сыновьями  и братом Варуны  (Агастья, Васиштха, Бхригу  в Вивасват и т. д.)  или с царством Варуны(напр.,  сказание  о  нагах), которые наряду  с  его дворцом не раз описывается в эпосе. Устанавливается   более  тесная   связьВаруныс нижним   царством,   смертью (петля становится главным его атребутом), Варуна является в окружении змей Брахманы,   напротив,   подчёркивают ритуальный   аспект   Варуны.

Эволюция образа Варуны (в частности, такие  его  моменты,  как  оттеснение Варуны  Индрой и близкая связь с Митрой)  позволяет восстановить некоторые детали формирования этого божества. Сочетание Митра — Варуна (при том, что Варуна — асура) несомненно родственно древнеиранскому Мит­ра — Ахурамазда, что надёжно гаран­тирует индо-иранский характер этой пары. Само имя Варуны исследователи сопоставляли с хеттским морским божеством Аруной, с древнегреческим богом неба Ура­ном, наконец, со славянским Волосом (Белесом), литовским Велнясо.м и т. д. Поэтому при сохранении ряда неяснос­тей индоевропейские параллели к это­му имени несомненны.

 Впервые четыре Варны  упоминаются в «Пу-руша-сукте» «Ригведы», где излагается происхождение Варны из частей тела первочеловека Пуруши: «Когда Пурушу расчленили..., его рот стал брахманом, его руки сделались раджанья [кшатрии], его бёдра — вайшья, из ног родился шудра». Более поздние памятники повторяют как идею четырёх Варн, так и мотив их происхождения от некоего демиурга или культурного героя, родоначальника традиции, при этом употребляется и само слово «Варна».

В поздней брахманской литературе Варна возникают из бога-творца Брахмы, иногда из частей тела Вишну (обычно в воплощении Кришну), изредка из Шивы. Одна из самых известных версий сюжета" мифологической трансформации божественного персонажа или первочеловека в элементы социальной структуры содержится в «Законах Ману» (где варновая структура общества получила свою кодификацию): «А ради процветания миров он (Брахма) создал из своих уст, рук, бёдер и ступней брахмана, кшатрия, вайшью и шудру»; «А для сохранения всей этой вселенной он, пресветлый, для рождённых от уст, рук, бёдер и ступней установил особые занятия. Обучение, изучение [вед], жертвоприношение для себя и жертвоприношение для других, раздачу и получение(милостыни) он установил для брахманов.

Охрану подданных, раздачу, жертвоприношение, изучение вед и неприверженность к мирским утехам он указал для кшатрия. Пастьбу скота, и также раздачу милостыни, жертвоприношение, изучение вед, торговлю, ростовщичество и земледелие — для вайшья. Но только одно занятие владыка указал для шудр — служение этим варнам со смирением». В этом же памятнике приводится и другая версия происхождения Варны — от великих риши, сыновей Ману и внуков Брахмы: от Кави  —   брахманы,   от  Ангира-са — кшатрии, от Пуластьи — вайшьи, от   Васиштхи   —   шудры, ср.   также   «Брахманы,   кшатрии   и другие   варны   произошли  от  Ману, поэтому   они   манавы».

Последовательность   возникновения  Варны  также  известна  в  ряде вариантов.   Основной   из   них   предполагает   постепенное  возникновение Варн и состояние, когда все люди были добродетельными   и,   следовательно, брахманами   (по  одному из  вариантов, впоследствии красные брахманы стали кшатриями, жёлтые — вайшьями, чёрные, «потерявшие чистоту» — шудрами).

По некоторым    вторичным    источникам, например  джайнским, первыми возникли кшатрии,  потом вайшьи  и,  наконец, брахманы   и   шудры.   Философизированный   вариант   упанишад   предлагает концепцию развития, по которой из брахмана как божественной ипостаси    создана    Кшатра,    ипостась воинской Варны.  (т. е. боги — кшатрии: Индра, Варуна, Сома и т. п.), затем Виш, ипостась вайшьев  (т. е. васу, рудры и т. п.), и, наконец, Варн шудр.

Такое соотнесение социальных функций   (магико-юридической,   жреческой,   воинской,     производственной),     данных в   ипостасной   форме,   божеств  данной функции и, наконец, Варны в основе своей весьма архаично и подтверждает некоторые положения теории трёх социальных  функций  Ж.  Дюмезиля. В данном случае важен параллелизм и изоморфизм человеческих  и божественных классов: в основе тех и других   находится  некий  общий  образец,   характеризующийся   четырёхчленной   структурой   иерархического устройства   и  особым  соотношением элементов (3+1). Шудры оказываются   единственной   Варной,   лишённой   социальных    функций,    признаваемых в индо-арийском обществе почётными и полезными.

Первые три Варна считались принадлежащими к «дваждырождённым»   (поскольку они проходили через  посвящение,  рассматривавшееся как второе  рождение),  а  шудры — «однорождёнными»,   лишёнными   посвящения  (в «Законах Ману» III 15 они   называются   даже   «лишёнными рождения»).   Такая   четырёхчленная структура,   совпадая   с   другими   её образами   и   воплощениями   (четыре времени жизни, четыре юги — великих века, схемы города, храма, тетрады  богов)   соотносится  с обеими    структурами    схемы    древа мирового, выражающимися в числе — горизонтальной    (число   четыре)    и вертикальной (три).

Цветовая символика  Варна   (брахманы  —  белый  цвет, кшатрии — красный, вайшьи — жёлтый, шудры — чёрный) тоже имеет нередко соответствие в распределении цветов, характеризующих схему мирового древа. Эта цветовая символика  в ряде текстов получает семантическую интерпретацию в оценочно-характерологическом плане: белый цвет брахманов — благость, красный цвет кшатриев — страсть, жёлтый цвет вайшьев — смешение двух первых качеств, чёрный цвет шудр — темноту.

Но у этой четырёхчленной цветовой системы есть двоичный образ универсального характера (белый-чёрный). В мифопоэтических текстах есть указания на то, что классическая четырёхварновая система выводится из более древней двоичной системы. На двучленные структуры ориентируют древнейшие свидетельства об употреблении слова «Варны»: «убивая дасью, он (Индра) оказывал покровительство варне ариев»;

«Боги усмиряют гнев дасы, да приведут они нашу варну к благополучию; «Агастья, могучий праотец, который… желал детей, потомства и силы, поддерживал обе варны». Эта двоичность нередко встречается и в более поздних текстах, правда, с изменением членов противопоставления. Один из ранних примеров  — в «Тайттирия-брахмане»: «Брахман и шудра противостоят по различию кожи. Брахман — божественная варна, шудра же — асурская» (т. е. демонская).

Впрочем, выражение «асурская Варна» появляется уже в «Ригведе», и оно может быть интерпретировано как то, что предшествует Варне шудр  Дасью (дасы) представляли собой автохтонное племя, враждебное ариям и отличавшееся от них тёмным цветом кожи. Уже само наличие двоичного противопоставления «Варна ариев» — «Варна дасов» при том, что дасы опре¬деляются как чёрные, отсылает к правдоподобной реконструкции: белый (арии) — чёрный (дасы) как обозначение своего и несвоего (чужого). Употребление термина «Варна» в значении «сословие» появляется лишь в период брахман.